27 - БОРЬБА СО СПИДОМ

Презерватив часто предлагают как единственное средство от СПИДа. Учитывая бессилие медицины, оно, будем надеяться только временное, молодым предлагаются средства, которые некоторыми специалистами не признаются абсолютно надежными. Стоит ли подвергать молодежь страшному риску? Не ограничивают ли все эти кампании по предохранению понятие любви вообще? Разве любовь - это не принесение себя в жертву ради счастья другого человека, а также доверие и взаимные обязательства и верность?

Распространение презервативов среди молодежи резко возросло, но это, увы, не является эффективным средством против СПИДа: исследования показали, что чем быстрее растет число сексуальных контактов, тем скорее людям надоедает применение презерватива. В противоположность этому развитие ответственного поведения, этики любви является лучшим барьером распространения этой болезни.

Свидетельства

Мишель и Жан, вам 26 и 28 лет, можете ли вы нам сказать, как произошло, что у вас положительный анализ на СПИД?

Мишель: Я слонялся, где попало. Я думаю, все началось, когда мне было 16 лет: после переезда на новую квартиру я оказался на следующий день оторванным от всего, что прежде составляло мою жизнь: от моих друзей, моих занятий и т.д. Я начал тосковать, был подавлен. Мои отношения с родителями становились все более и более натянутыми, и я полностью замкнулся в себе. Потом я ушел из дома, чтобы отправиться в Париж. Там я начал ходить по барам и саунам... Я встретился с гомосексуалистами и поплыл по течению обстоятельств...

Жан: Я тоже бросил родителей по глупости и уехал работать на лыжную базу. Там я встретил девушку, которая была из Парижа. Я влюбился и захотел быть вместе с ней. Мы начали жить вместе. Но у еня такой характер, я хотел все попробовать в жизни. Еще раньше я встретил на Лазурном берегу парней в женской одежде, трансвеститов, я провел с ними несколько вечеров, мы курили, говорили обо всем. И, потом, в один прекрасный день, я от слов перешел к делу. Когда я приехал в Париж, я не сидел дома, а стал ходить по ночным клубам, и потом мне всегда хотелось быть круче остальных, и так, однажды вечером я оказался в Булонском лесу. Я был пьян, наполовину не в себе. Трансвеститы меня позвали поехать с ними на какую-то квартиру. Там мы продолжили выпивку и все имели сексуальные отношения. Я думаю, все как-то получилось само собой.

Какова была ваша реакция, когда вы узнали, что заразились СПИДом?

Мишель: Ну, у меня был шок. Я давно предчувствовал, что мне надо изменить такую жизнь, кончать все это дело, но я абсолютно ничего не мог поделать. Я считал, что раз я могу делать все, что хочу, то я свободный человек. И тут я осознал, что эта так называемая свобода скоро должна закончиться смертью.

Жан:К счастью для меня, моя девушка меня любит по-настоящему, и мы не разорвали отношения. Но я полностью ушел в себя. Оставшись без работы, я сидел целыми днями дома. А потом, один раз ожидая моего врача в холле, я нашел листовку о центре "Тибериад" - "Ты должен только толкнуть дверь"... Ну вот, так я туда и пошел.

Вы оба теперь вновь обрели веру. Как вы теперь смотрите на свое прошлое?

Мишель: Я знаю, что меня туда завело: это одиночесво и гордыня. А на самом деле я стремился к любви. Но я пил из отравленного источника. С раннего детства, испытав однажды оскорбление и обиду, я замкнулся в себе. Я одновременно искал любовь и ужасно боялся этого чувства.

Какое отношение имеет к этому гордыня?

Жан: Гордыня вас полностью отгораживает от других, вы замыкаетесь. Я знаю теперь, что каждый раз, когда у меня какая-то беда, проблема, я об этом никому не рассказывал, т.к. говорил сам себе, что они будут надо мной насмехаться. Я все загонял внутрь.
Если бы мне пришлось дать какой-то совет молодым, я сказал бы им, что главное - это подавить свою гордость, не переживать все в одиночку, не пытаться изменить мир. Это заблуждение, иллюзия. А гордость свою надо забросить в чулан!

А что бы вы сказали, например, тем молодым людям, которым предлагают наркотики?

Жан: Наркотики и алкоголь - это одно и то же. Вот я начал курить сигареты с травкой довольно рано, мне было около 14 лет и, когда я думаю, я понимаю, что именно там, в школе я начал опускаться. Всю неделю я только и думал про выходные, когда я смогу покурить хотя бы немного и выпить пару стаканчиков. Это приносит что-то вроде кайфа, какое-то отвлечение. Но это мнимое блаженство. Твои проблемы, твоя жизнь от этого ни капельки не изменятся.

Мишель: А у меня таким наркотиком был секс. Потому что это и правда, как наркотик. Всю неделю я думал только о вечеринке, где я оттянусь на все сто, и я этим только жил. Я знал, что от этого мне плохо, это мне вредит, но я не мог себе в этом отказать. И вот, как Жан только что сказал, первое, что нужно сделать, когда тебя тянет к таким экспериментам, это надо об этом рассказать. Найти кого-нибудь, кому ты доверяешь, кого-нибудь из родных, друга, учителя, и все ему сразу сказать. Не стыдиться этого, ну ничего не поделаешь, ты уж такой есть! Потому что одному сопротивляться невозможно!

Однако, ты должно быть ясно чувствуешь, что выхода нет? :

Мишель: Да, ты чувствуешь, что увязаешь в какой-то трясине. Я очень хотел умереть, но я продолжал так жить, потому что, в конце концов, нужно дойти до предела.

Даже если этим концом была смерть?

Мишель: Именно потому, что это была смерть, она представлялась единственным освобождением, потому что я уже больше не мог подняться, всплыть наверх.

Что вы думаете о гомосексуализме?

Мишель: Теперь я могу сказать, что это меня сломало. А может быть, это была реакция на надвигающуюся опасность. Я не знаю.

Как ты думаешь, может ли гомосексуалист сменить ориентацию?

Мишель: В моем случае да, потому что в 16 лет у меня была девушка. Только к 18 годам я стал переключаться на мужчин. В начале я пытался найти себе скорее старшего брата, чем что-то другое. Теперь я думаю, что в сексуальном плане я способен влюбиться в какую-нибудь девушку.

А не чувствуешь ли ты себя способным любить всем сердцем?

Мишель: Да, вот именно, я думаю, что мне было бы нужно полюбить девушку своим сердцем, всей душой, а не просто так. И кроме того, когда я узнал о положительном анализе, самым болезненным для меня было то, что, возможно, у меня не будет детей...

Жан: А я могу сказать, что мои гомосексуальные опыты всегда были разочарованием в эмоциональном плане. В последний раз, когда была эта знаменитая гулянка в Булонском лесу, я надеялся, что отношения, которые у меня будут с этим парнем трансвеститом, будут возможностью поговорить, узнать друг друга ближе. Но сразу после этого он уехал...И это как раз характерно: ты делаешь все, чтобы разрушить свое одиночество, но ты продолжаешь оставаться одиноким. И как только ты начинаешь делать глупости, приходится их делать все больше и больше, так как ты чувствуешь себя все более и более одиноким.

Расскажите нам: изменило ли что-нибудь в вашей жизни то обстоятельство, что вы приняли веру, превратились в других людей?

Жан: Да, изменилось все. На Рождественской мессе я был охвачен каким-то необыкновенным чувством. И, начиная с этого момента, все переменилось в моей голове. Лежа на больничной койке, с температурой 40, я написал матери письмо, полное любви. Она сразу же приехала с отцом навестить меня в больнице, и мы помирились. Теперь я ужасно хочу узнать их ближе, их любить. Потому что, фактически. я их не знал! И потом другая деталь: я грыз ногти с 10 лет, настолько я был нервным. И вот уже 3 месяца, как я это бросил!

Мишель: Я тоже изменился: раньше я был жестоким, агрессивным, другими людьми я совсем не интересовался. Теперь я хочу узнать их и полюбить такими, какие они есть, даже с их недостатками. И потом я решил ходить в больницу навещать больных СПИДом. Мне очень будет нужен Иисус Христос, так как я Ему доверю все свои страхи, положусь на Него, ведь в больнице я буду себе говорить: "Вот таким, как больные, и я скоро стану". Мне надо молиться каждый день. Если я не буду молиться, я снова возьмусь за старое.

И как вы теперь представляете свою жизнь? :

Мишель: Что касается меня, то все очень просто: я знаю, что мое единственное спасение - это Любовь. И только веря в Любовь, у меня хватит мужества и смелости жить дальше. Иногда я говорю себе, что может быть, я никогда не заболею, что через 5 или 6 лет изобретут какое-нибудь лечение, лекарство и я смогу начать свою жизнь снова. Жан: Мы больны, мы скоро, может быть, умрем, но я могу вам сказать, что мы бесконечно счастливы, что вообще живем и это вероятно в первый раз с нами такое происходит!

Возврат к оглавлению данного доклада

Возврат к списку докладов